«Вчерашнее обращение Рубена Варданяна меня повергло в шоковое состояние. И не потому, что я симпатизирую ему, его визионерской деятельности, поскольку личное отношение, личное знакомство может оказывать влияние.

Нет.

Сработала в качестве триггера моя профессия – я представить не могла, что в соседнем государстве, претендующем на многое в мире, могут допускаться ТАКИЕ грубые нарушения базовых прав обвиняемого.

Вернее сказать, их беззастенчивое попрание. Не надо быть юристом, чтобы понимать, что права Рубена Варданяна были существенно нарушены:

“Мне и моему адвокату позволили лишь пролистать 422 тома уголовного дела на азербайджанском языке, которым я не владею, отведя для этого довольно короткий срок с 9 декабря 2024 года по 8 января 2025 года”.

Фальсификацию протоколов допросов комментировать не буду. Неюристу понятно, что это уголовное преступление».